понедельник, 10 февраля 2014 г.

По следам первых боев.



Небольшое отступление - о первых пленных этой войны. 

Лашгари уроженец Казевина 1952 года (или 1331 по персидскому), обучался в США пилотированию F-5. За сентябрь успел выполнить 12 боевых вылетов. 18.09.1980 в составе группы атаковал иракские танки в 10км от Мехрана. На подходе к цели был сбит ракетой (самолет находился на высоте 2500м и имел скорость 980км/ч). Катапультировался и потерял сознание. 13-й боевой вылет, первый пленный летчик в этой войне. На фото ниже его возвращение домой.

http://forums.airforce.ru/attachments/holodnaya-voina/20622d1256897378-.jpg/ Еще один довольно известный пленник Аюб Хусейн Неджади умер на родине в 2004 году. Освобожден одним из первых после войны, но все равно без малого 10 лет плена. На фото его обелиск (есть еще горизонтальный надписаный по фарси).
 http://forums.airforce.ru/attachments/holodnaya-voina/20623d1256897431-.jpg/


 Еще некоторые факты...

Аэропорт Мехрабад в первый день войны подвергся налету тройки бомбардировщиков Ту-22 10-й аэ, одновременно еще 2 Ту-22 бомбили штаб ВВС в Дошан Тапех. Сброс 500 кг. бомб осуществлялся с малой высоты в горизонтальном полете. Точное время атаки на Мехрабад 14:20 местного. Кроме упомянутого выше В-707 пострадал еще и С-130, но в меньшей степени (если применить немецкую систему оценки потерь, то можно сказать что воздушный заправщик "Боинг-707" поврежден на 60%). Часть бомб не сработала. Это были все успехи Ту-22 в первый день войны. Еще одиночный Ту-22 вечером пытался атаковать порт Бендер-Аббас, но заплутал и сел в Омане на вынужденную. Опасаясь огласки Оман быстро дозаправил "гостя" и отправил восвояси.
  В 1974 году Ирак запросил 14 Ту-22 и 2 Ту-22У, но к 1979 году получено было только 12 машин (включая 2 учебных). Все их включили в 10-ю аэ на авиабазе Хаббания вместе с Ту-16. Иракцы от машины были не в восторге и даже хотели вернуть 5 уцелевших самолетов обратно. Сам по себе бомбардировщик без прикрытия сильно уязвим, поэтому работать одиночными машинами по целям в глубине Ирана не имело смысла (отсюда редкие вылеты). Отражая один из таких редких рейдов иранцы заявили что смогли сбить сразу два Ту-22 29-го октября 1980 года. назвав места падения Кум и Исфахан. Сообщалось что 6 летчиков погибли.
Как известно к началу боевых действий (22 сентября 1980) Ирак, развязавший войну, превосходил Иран по численности войск и вооружения в 2 раза.Кроме всего прочего, с ноября 1979г., на территории Ирака находилось более 1200 советских военных советников (иструкторы, технические специалисты).
работа ПВО оставляла желать лучшего. Иракские генералы заявляли, что добились небывалой эффективности (30-40%), реально же зенитные средства достигли показателя 5-10%. Тем не менее за 1980-й год, постепенно, большая часть иранской авиации была "обезврежена".
Обе стороны не стеснялись в заявлениях, так на пресс-конференции от 4 января 1981 года иранцы заявили, что с начала войны уничтожили 215 самолетов и 30 вертолетов противника, в ответном коммюнике иракский представитель заявил, что за тот же период уничтожено 558 летательных аппаратов, 147 плавсредств, 1000 танков, 8400 солдат Ирана, взято в плен 964 человека. Иранские сводки более скромные, но видимо и более точные, правда с 1984 года все поменялось - иракцы стали давать более качественные данные. 
Один из советских военных советников, Юрий Константинов, награжденный позже орденом Красной Звезды, вспоминал:
"Лето 1980 года для советского народа было отмечено Олимпийскими играми. Наши сограждане шутили: "Хрущев обещал, нам в 80-м коммунизм, Брежнев решил в качество компенсации устроить Олимпиаду". Правда, из-за ввода советских войск в Афганистан игры бойкотировали многие государства, но отсутствие "американских марионеток" никак не повлияло на праздничный настрой и огромный размах спортивного шoy. Все время, пока горел олимпийский огонь, Москва была закрытым городом. И группа военных летчиков из шести человек попала в столицу лишь после того, как над Лужниками взлетел в московское небо гигантский резиновый олимпийский медведь, Отправка военных специалистов за рубеж, тем более в такой взрывоопасный регион, была делом нешуточным. И поэтому в 10-м отделении Генштаба с кандидатами в советники проводили занятия - вводили в курс дела. Генштабисты рассказывали о политической ситуации в Иране, где к власти пришел фундаменталистский ражим имама Хомейни. Одержимый идеей экспорт исламской революции, он начал поддерживать своих сторонников во многих государствах - в Афганистане, Ливане. Разумеется, не был забыт Ирак. К тому же у Хомейни были личные счеты с Саддамом Хусейном: в свое время иракский президент изгнал имама со своей территории.
Хотя с весны 1980 года на ирано-иракской границе регулярно происходили вооруженные стычки, о грядущей войне в советском Генштабе как будто никто не догадывался. Возможно, какие-то предположения были: переброска войск легко фиксировалась разведывательными спутниками, но об этом, молчали, Как вспоминает Константинов: "Все в нашей группе были коммунистами. Беспартийных за рубеж не посылали. И вот однажды нас вызвали в ЦК КПСС и попросили сдать партбилеты, объяснив: "Вы теперь не коммунисты, а просто члены профсоюза". Оказывается, Саддам Хусейн жутко ненавидел сторонников Маркса и Ленина, Когда он пришел к власти, то сразу же разогнал компартию, многих расстрелял и посадил в тюрьмы. Наши возмущались, но вскоре эти грехи Саддаму простили. Геополитические интересы важнее идейных пристрастий".
-Наконец-то закончилась предкомандировочная муштра. Наши летчики на борту комфортабельного Ил-62. Рейс Москва - Багдад. Когда мы вылетали из Москвы, там было достаточно прохладно, градусов восемнадцать. А, выйдя из самолета в Багдаде, словно в невидимую стену ударились; там стояла адская жара - сорок пять в тени. Первая мысль; как в такую жару жить и работать будем? Но у советского человека было замечательное качество - приспособляемость.
Саддам очень ценил помощь Советского Союза и поэтому старался нашим специалистам создать относительно комфортные условия обитания. В 180 километрах от Багдада в окрестностях Тикрита, родного города иракского президента, дислоцировалась крупная база национального авиационного колледжа. Там нам предстояло проработать два с лишним года.

Иракский курсант
Сейчас уже не секрет, что в те годы иракская армия на 90% была вооружена нашим оружием. Мы поставляли туда все - начиная от самолетов, ракетных комплексов и заканчивая стрелковым оружием. Ирак единственная страна, которая расплачивалась вовремя за все наши поставки, причем всегда делала предоплату. Если сравнивать с другими нашими "друзьями", то те получали технику в долг, и поэтому до сих пор наши бывшие союзники должны нам десятки миллиардов долларов.
Иракский министр обороны и наш главком ВВС были хорошими друзьями, И если у вас просили необходимое количество самолетов, то мы их поставляли без проволочек, На Тикритской авиабазе мы ставили на крыло "соколов Саддама". Правда, программа подготовки строилась на английских стандартах. Иракцы не учились летать в сложных условиях, потому что погода не всегда была хорошей. В нашей печати много говорилось о том, что квалификация иракских летчиков оставляла желать лучшего. Это неправда. Среди иракцев было много настоящих профессионалов. К сожалению, с началом войны потребность в летчиках резко увеличилась, и в бой стали бросать пилотов, проучившихся два года. Недоучек сбивали, конечно же, чаще.
Для нас война началась достаточно спокойно. В этот день отменили все полеты. Пришел наш переводчик и сказал: "Началась война. Ирак нанес воздушный удар по Ирану. Сухопутные войска перешли границу", Воздушные рейды иракцев не остались без ответа, Начались налеты на нашу авиабазу. Хорошо помню первый авианалет. В воздухе раздался рев авиационных двигателей, Над базой пронеслись несколько "Фантомов", которые сбросили бомбы. Большого ущерба они не нанесли. У "Фантома" как у нашего МиГ-21, были ограничений по запасу топлива, и потому самолеты несли небольшую бомбовую нагрузку. Мы впервые почти на собственной шкуре узнали, что такое шариковые бомбы. После первого удара осмотрели воронки и по плотности разлета поражающих элементов прикинули, что в одного человека может попасть до сотни шариков. Аэродром обороняли допотопные советские пушки 30-х годов. Они открыли ответный огонь, когда "Фантомов" и след простыл. С этого дня визиты иранцев стали регулярными. Поскольку лишь часть самолетов находилась в бункерах и ангарах, то и дело над стоянками стали подниматься облака дыма. Бомбы легко разбивали МиГи и "Элки", Самолет сгорал за полчаса. Особенно хорошо горели топливозаправщики. Увеличились потери среди персонала базы. Гибли не только солдаты, но и курсанты. Хорошо что иранцы не бомбили жилой городок -у нас не было бомбоубежищ. Практически сразу мы без приказа сверху вырыли окопы, где и прятались во время налетов. С нами на базе жили специалисты из Чехословакии. После первой атаки они запросили свое посольство: "Что нам делать?" В посольстве ответили вопросом: "Что делают русские?" - "Роют окопы". - "Вот и вы занимайтесь тем же", Не обходилось без трагических курьезов. Иракские зенитчики слабо разбирались в типах самолетов и начали сбивать своих, тогда по местному телевидению началась серия передач, где рассказывалось о типах самолетов ВВС Ирана. Мы так привыкли к авианалетам, что со временем даже перестали прятаться в убежищах. Залезали на крышу дома и наблюдали, как иранцы атакуют базу. Пилоты Хомейни, не отличавшиеся мастерством, не перетруждали себя тактическими приемами.
Каждый раз, отбомбившись по базе, они летели на нефтеперерабатывающий завод, после чего дым от пожаров висел в воздухе много часов. За два с половиной года, которые я провел в Ираке не погиб ни один из наших: военных советников. А вот жертвы среди гражданских специалистов были.
-Поначалу удивляло отношение местных жителей к смерти. Казалось, что гибель, соотечественников их не очень беспокоит. Среди моих курсантов, к счастью, никто не погиб от бомбежек Они гибли в воздухе, в основном из-за своего хулиганства. Один раз из недисциплинированного курсанта столкнулись два МиГа. А потом разбились еще три самолета. Были обстрелы и наших самолетов. огонь велся с земли. Особенно это хорошо было видно ночью, когда к твоей машине с земли тянулся рой трассирующих пуль. В большинстве случаев оказывалось, что стреляли курды. По возвращении на базу мы докладывали обо всех инцидентах. Саддам Xyccейн с мятежниками не церемонился: там высаживался десант спецназа, и от населенного пункта ничего не оставалось.
Через год после начала войны Хуссейн решил наградить большую группу советских военных специалистов. Он приехал в нашу часть, Посмотрел, как мы служим, поговорил с нами. Его сопровождало много телохранителей. Через неделе в часть привезли денежную премию - тысячу динаров. По тогдашнему курсу на эти деньги можно было купить "Волгу". Но Политбюро приняло решение: деньги надлежит сдать государству. Нам оставили лишь 25%. Саддам подарил нам часы - хорошие, специального швейцарского заказа, со своим портретом. Руководство подумало и решило часы у нас не отбирать, хотя и подарки мы обязаны были сдать государству. Иракцы Хусейна любили. Он щедро одаривал своих подданных: кому холодильник, кому пистолет вручит. Не обижал и русских. Нам платили в два раза больше, чем получали военные советники в других арабских странах. Так что без "Волги" никто из нас не остался. Поехали в отпуск и купили машины.

Советские военные советники. Справа Юрий Константинов

Мне, летчику-инструктору первого класса, летавшему на самолетах МиГ-21 и МиГ-23, а также на чехословацком учебно-тренировочном Л-39 нравилось служить в Ираке еще потому, что там за нами не было жесткого контроля. В отличие от Советского Союза, мы могли делать в воздухе все, что захотим. Удивляло отношение иракцев к самолетам. Когда я впервые увидел иракский истребитель, просто обомлел: такое впечатление, что за машиной никто не ухаживал. Он был весь в подтеках масла. Но удивительно, за все время ни разу не было отказов техники. А в Союзе, наоборот, самолеты вроде бы в идеальном состоянии, а отказы один за другим. Кроме советских, иракцы приглашали индийских, чехословацких военных советников, Со всеми у нас были хорошие отношения. Один из индусов, с которыми мы служили, в скором времени стал первым в своей стране летчиком-космонавтом. Усилению интернациональной дружбы способствовало отсутствие в Ираке сухого закона. Несмотря на исламские традиции, местные арабы не брезговали ни водкой, ни виски, но особенно налегали на пиво, которое во много раз по качеству превосходило отечественное "Жигулевское". А в разгар бомбардировок в Ирак приехали специалисты из Югославии. Они построили хорошие бомбоубежища.
Очень веселила иракская пропаганда. Ежедневно она сообщала о десятках подбитых иранских самолетов. Наш переводчик для себя стал записывать данные о вражеских потерях. Через пару месяцев оказалось, что "соколы Саддама" уничтожили весь парк ВВС Ирана уже три или четыре раза. А иранцы все продолжали летать. Точно такие же сводки поступали и из Тегерана."
По материалам с сайта "Отвага".
Советским специалистам былав поставлена задача - избегать прямого участия в боевых действиях, и не попадать в ситуации, чреватые пленением или гибелью. Тем не менее, сведения о прямом участии советских военспецов время от времени всплывают наружу, но должных подтверждений этому нет. Но известно, к примеру, что на стороне иракцев воевали немцы из ГДР, капитан Ральф Гешке принимал непосредственное участие в боевых действиях на Ми-25, его вертолет был сбит "Фантомом" подполковника Саваша Байяни - экипаж вертолета погиб. Известно и об участии в войне на стороне иракцев арабских летчиков из других государств, в частности из Египта. Вообще же эта война до сих пор изобилует белыми пятнами...









Комментариев нет:

Отправить комментарий